[Библиотека]

Встреча первая

Макс Елкин: В детстве, наверное, у каждого ребенка была любимая игрушка. Была ли такая игрушка у тебя?

Константин Арбенин: Как таковой любимой игрушки, наверное, не было. В детстве я любил книжки. Ужасно любил книжки, особенно любил их нюхать. Привычка до сих пор сохранилась. Книжки меня всегда радовали больше, чем игрушки, хотя был у меня в детстве плюшевый медведь.

М.Е.: Ты говорил на концертах, что любимый твой зверь - медведь. Так это и осталось.

К.А.: Да, белый плюшевый медведь. Очень грязный, но когда-то он был белый, т.е. белым я его не помню. С детства, помню, он был грязный, плюшевый.

М.Е.: Если были любимые книжки, то, наверное, были и любимые сказки?

К.А.: У меня была любимая книжка. Правда, это не совсем сказка, даже совсем не сказка - "Каштанка" Чехова. Это была первая книжка, которую я еще даже не прочитал, а услышал. Мне ее прочитала мама. Это было такое первое сознательное восприятие литературы. Уже после этого пошли сказки - народные, братьев Гримм, Андерсена. Примерно класса до второго я читал сказки, потом мне стало стыдно, я решил, что надо взрослеть и переходить к более серьезным вещам. А совсем не так давно, примерно лет пять назад, я понял, что пора возвращаться к сказкам... и вернулся.

М.Е.: Это возвращение и отразилось в "Свинопасе"?

К.А.: Да, но "Свинопас" никогда не был любимой сказкой. Почему появился "Свинопас", я уже точно и не помню. По-моему, это началось случайно с какой-то из песен, т.е. сначала появилась одна из песен свинопасовских, а потом уже пошло-поехало. А спектакль по сказке я всегда хотел сделать, потому что были первые музыкальные сказочные впечатления - "Бременские музыканты", "Алиса в стране чудес" Высоцкого, Все это в детстве очень нравилось и, естественно, когда началась какая-то музыкальная деятельность, захотелось самому сделать что-то такое. А к "Свинопасу" уже были какие-то песни, задумки. Осталось только довести это до завершения, до цельности.

М.Е.: Костя, расскажи поподробнее о себе. Где ты учился?

К.А.: Я, собственно, только в школе учился. После школы я нигде не учился. Пытался однажды поступить в театральный институт. Не получилось. Теперь, собственно, не жалею. Зато я все это время читал книжки, занимался самообразованием. И у меня даже был такой принцип: заканчивается год, я подвожу итог, что за этот год сделал. Вот это, так сказать, моя курсовая работа.

М.Е.: Для самого себя?

К.А.: Да, для самого себя. До дипломной работы я пока так и не дошел. Я считаю, что я еще учусь. Написанная пьеса, сценарий, записанный альбом... К самообразованию я подходил серьезно. Хотя, конечно, все это несерьезно.

М.Е.: Одно дело. что ты подводишь к этому серьезно, а другое, что это интересно, если это действительно во что-то стоящее выливается, это интересно большому кругу людей.

К.А.: Да, так и получается, что если делаешь для себя с полной ответственностью, делаешь то, что нравится тебе; как хотелось бы, чтобы нравилось тебе, как читателю и слушателю. Тогда это затрагивает и других.

М.Е.: Чем ты занимался до создания группы?

К.А.: Я занимался очень многими и разными вещами, начиная от рытья ям, бетонных работ, работ электриком. Но все это время я занимался и творческими делами, в основном никому не известными, писал пьесы, сценарии, принимал участие в разных музыкальных проектах как автор текста. В частности, в свое время написал пару текстов для группы "Улицы". Но это было как не то, естественно. Не то, чего хотелось бы. Даже пробовал заниматься съемкой видеоклипов. С моим другом, художником Петром К., который оформлял некоторые наши альбомы, сняли для группы "Улицы" один клип, который до сих пор идет по каким-то каналам. Что еще. Снимался в любительских фильмах... Много всего было.

М.Е.: То есть ты постоянно был в творческом ключе, постоянно что-то искал.

К.А.: Да, пытался. То есть собственно, как и сейчас. Но иногда это не имело выхода на более-менее широкую аудиторию. Сейчас уже появилась возможность кому-то это показывать. Песни - это тоже одна из сторон творчества, просто в какой-то момент она стала доминирующую роль играть. А началось с того, что пел своим друзьям, с которыми занимался творчеством, на кухнях, без аккомпанемента. Потом они меня уже стали подталкивать к созданию группы. Я долгое время не верил, что из этого может что-то получится и что песни собственно кому-то нужны, понимая, что много хороших групп, хороших песен, зачем еще одной больше. Есть "Аквариум", "Алиса" - вполне достаточно. А потом все случайно произошло. Встретился с музыкантами, начали все это. Саша Петерсон стал делать аранжировки. Стали все это петь опять-таки, на кухнях сначала. Людям понравилось. Потом, когда я работал в одной конторе по ремонту телевизоров клерком, на зарплату, на заработанные деньги записали первый альбом. И все пошло-поехало. У меня никогда намерения стать певцом не было, скорее, я всегда хотел стать писателем. Вот так все вдруг повернулось. Но я не оставляю надежды все-таки в итоге стать писателем.

М.Е.: Что тебя подвигло на написание первого стихотворения или первой прозаической вещи? Обычно первая любовь вдохновляет на стихи, а вот что у тебя было первым толчком?

К.А.: Это было вообще-то так давно, что тогда и первой любви-то не было. Это было, по-моему, в детском возрасте. И, наверное, именно это желание стать писателем, так сказать, амбиции, мечта детства, заниматься творчеством, видимо, когда я услышал первые какие-то вещи, ту же "Каштанку" мне прочитали, я подумал - я стану писателем. И не умея читать, стал диктовать маме какие-то вещи, она записывала. Это конечно, все детский бред, но как-то это все пошло и пошло. Стали сочиняться стихи сначала. Вот я помню такую последовательность, в какой-то момент я стал сочинять куплеты, это были еще не песни, потому как больше одного куплета не удавалось сочинить, но уже не были стихами. Это имело форму песни, но они были все коротенькие - один куплет и припев. Чтобы написать второй куплет в такой же форме - этого не получалось. И пробило меня уже в армии, когда нужно было чем-то защищаться внутренне от всего, что было вокруг.

М.Е.: Кроме тебя и Саши Петерсона есть и другие музыканты. Как они появились?

К.А.: Первым появился Толя Смирнов - барабанщик. Собственно, мы втроем и считаемся основным костяком группы. Толик Смирнов служил вместе с Сашей Петерсоном, они армейские друзья, коллеги, так сказать; играли во многих составах. И когда пошла речь о том, что надо приглашать барабанщика, естественно, что Саша пригласил Толика. Поработали вместе, взаимно заинтересовались всем этим. Стали вместе работать. Потом появился Егор Мажуга, флейтист. Он тоже появился почти случайно, хотя ничего случайного не бывает. Его пригласили, когда конкретно искали флейту для записи песни "Свидетели". Через знакомых музыкантов пригласили Егора прямо в студию. Там мы с ним увиделись в первый раз, с ходу сделали запись. Потом пошло, поехало дальнейшее сотрудничество. Потом выяснилось, что Егор занимается компьютерным дизайном. Альбом "Избранное" он делал.

М.Е.: Как в группе во время концерта распределяются обязанности, т.е. помимо того, что музыканты еще играют, есть ли еще какие-то междусобойские, скажем так, обязанности?

К.А.: Ну как, есть, наверное. Кто свободен, может чай приготовить. Иногда, в "Свинопасе" например, поскольку Егор занят меньше всех, то у него есть такая обязанность открыть или закрыть занавес. Наверное, это все.

М.Е.: Каким залам вы отдаете предпочтение для выступлений?

К.А.: Если конкретно, то, наверное, все-таки Зоопарку (имеется ввиду лекторий зоопарка - ред.). В последнее время - театру Эстрады. Мы с ним как бы знакомимся, осваиваем, но собираемся и дальше играть. Раньше была хорошая площадка - Театр на Фонтанке. Но у них изменились условия аренды, и сейчас мы не можем с ними сотрудничать. А если в общем говорить, то мы предпочитаем не клубы, а именно нормальные концертные залы, и в этом смысле Зоопарк удовлетворяет полностью, по качеству звучания, по атмосфере, по порядочности и симпатичности людей, которые там работают, которые сами музыканты и просто хорошие ребята. Единственный недостаток - что зал маленький и народ туда все в большим трудом умещается. Если бы не это, то мы, может, вообще только в Зоопарке бы и играли. Предлагаем прорубить там стену и увеличить зал.

М.Е.: Костя, известно, что у "Зимовья", ты как-то сам оговаривался на концерте, есть группа-побратим. Расскажи об этом поподробнее.

К.А.: Группа - посестрим, точнее сказать. Есть группа-побратим, "Ночные снайперы" называется. Я бы не сказал, что это побратим группы, это мой побратим.

М.Е.: То есть твой побратим...

К.А.: Очень давно знакомы с участниками этой группы, т.е. собственно изначально дуэтом - Светкой и Дианкой. Я даже без ложной скромности скажу, что первый концерт, когда они приехали из Магадана, именно в этом составе, я, устраивал когда-то в клубе "Засада". И мы до сих пор дружим, я очень уважаю то, что они делают, т.е. местами мне нравится, местами не нравится. В общем, я считаю, что это достойно внимания и собственно я постоянный слушатель и большой поклонник их творчества.

М.Е.: То есть ты даже ходишь на их концерты?

К.А.: Да, когда приглашают, хожу. Иногда даже принимаю участие.

М.Е.: Приглашенный гость...

К.А.: Да, была презентация их альбома, двойного, концертного, который назывался "Капля дегтя в ложке меда". Собственно это была когда-то целая компания. Сейчас вот как-то стали все понемножку получать свою аудиторию, выходить на сцену с кухни, потому что все это начиналось на тех же кухнях... Собственно, начинали вместе: я и "Снайперы". До этого я знал Свету, когда она отдельно пела, потом появилась Диана. В это время они были в Магадане. Мы здесь построили клуб, который назывался "Засада" Название придумали я и мой друг, художник Игорь Голубенцев. Я думал устроить девчонкам концерт, когда они приедут из Магадана, и когда они приехали, выяснилось, что они называются "Ночные Снайперы", а клуб - "Засада". И до сих пор имеется такая запись, которая называется "Ночные Снайперы" в "Засаде", т.е. тут все соединилось, вещи согласились. Именно все подошло друг другу.

Встреча вторая

М.Е.: Группа существует 3 года и выступает всё время в маленьких, небольших залах. Когда же большие залы и большие концерты?

К.А.: Я не знаю, стоит ли, т.е. собственно чем меньше зал, тем ближе публика. Честно говоря, мы не торопимся. Я думаю, что главное - не относиться ко всему этому серьезно - к творчеству и к деятельности. Если воспринимать это как шоу-Бизнес, то можно уйти чуть-чуть не в ту сторону. А пока мы двигаемся как-то вперед. Все идет по плану. Наверное, когда-нибудь настанет такой момент, когда я почувствую что пора не большие залы. Мы тогда на большие залы и выйдем. Сейчас пока хватает того что есть. Надо реальные цели перед собой ставить.

М.Е.: Выступала ли группа в других городах, где и когда?

К.А.: Можно сказать, что нет. Были такие небольшие концерты в Сосновом Бору. Сами мы пока не занимались крупномасштабной экспансией. С Соснового Бора сами ребята проявили инициативу. Приехали, сказали что хотят сделать концерт. Мы им примерно объяснили как это делается, потому что они первый раз делали концерт. К их чести у них все получилось. Им видимо очень хотелось и мы сделали там концерты. Сейчас масса предложений, из многих городов - далеких и близких. Люди абстрактно предлагают, но до дела не доходит. Сейчас есть предложения в Новгороде и в Минске. Уже идет работа, но говорить тоже преждевременно потому, что до дела еще не дошло.

М.Е.: "Свинопас" - это единственный в своем роде проект или может быть мы еще что-нибудь подобное и интересное когда-нибудь увидим?

К.А.: Думаю, что наверняка что-нибудь подобное или бесподобное что-то другое совершенно будет. Я вообще не люблю заниматься все время чем-то одним - одним видом творчества и все время давать концерты. В какой-то момент становится скучно и хочется сделать шаг в сторону - не от сути, а от формы. Поэтому, наверняка, что-нибудь будет, но пока даже я не знаю что это будет.

М.Е.: Но задумки уже наверняка есть...

М.Е.: Есть еще только ощущение, которое я еще не могу передать. Сейчас мы готовим новую концертную программу. Называется она - "Родословная". Это будет эксперимент. Программа акустическая. В ней будет несколько песен. которые имеют большее отношение не к року, а к авторской, может быть, даже к бардовской песне. Это все будет с некоторой иронией и приколом по отношению к этому жанру. Мы даже хотим на основе этих нескольких песен сделать акустический альбом. Он, прямо и в лоб, будет называться - "КСП". В планах есть электрическим альбом для которого материал уже готов. Название еще пока неизвестно, а альбом "КСП" планируется как его альтернатива.

М.Е.: Твой любимый напиток?

К.А.: Как ни банально это прозвучит, наверное, все-таки "Джин и Тоник".

М.Е.: Были ли у тебя какие-нибудь курьезные случаи на концертах?

К.А.: На городском радио у нас был концерт. Он шел не в прямом эфире, а в записи. Я и Саша Петерсон сидели в студии с ведущим. Нам принесли сценарий, где были написаны вопросы и наши с Сашей ответы. Только несколько было оставленных без ответов пробелов в которые можно было отвечать что-то свое. Для передачи отдельно записывались песни. И вот пошла песни "Джин и Тоник" Мы сидим и совещаемся - что читать дальше. Вдруг вбегает главная редакторша, которая все это записывала, машет на нас руками и с таким бледным лицом говорит: "Ребята, как вы могли? Я вас так любила. А Вы..." Мы сидим испуганные, думаем, что же мы не так сказали. А она нам отвечает: "Вы что, не в Питере живете? Как же вы могли... пошлое... Адмиралтейство". Очень не понравилось ей видимо это.

М.Е.: В альбоме "Число Чело-вена" в песне "Город-Стол" ты Питер обрисовал как стол уставленный всяческими яствами. Расскажи историю создания этой песни.

К.А.: Это песня была написана в самые голодные для меня времена. Как раз под Новый Год, когда все испытывали большие трудности по встрече Нового Года. Просто эта песня была как версия - как можно воспринять этот город, посмотреть и наесться.

М.Е.: Можно ли тебя назвать лидером группы и кто по твоему мнению считается лидером у "Зимовья".

К.А.: Я всё время боюсь слова "лидер". В принципе, так получилось, что все время лидер я. Хотя Саша Петерсон - он директор. Я вообще не люблю заниматься всякими не творческими делами. Поэтому вся административная сторона дела лежит на нем. Без Сашиной директорской "жилки" не было бы группы в её нынешнем статусе. Это было бы творчество без востребования.

М.Е.: На твоих концертах добрая половина зрителей - это подростки и молодежь. Тебя не пугает это? Каким бы ты хотел видеть своего зрителя?

К.А.: Цело в том, что вообще, это дело молодежи - ходить на концерты и воспринимать творчество каких-то групп. Я знаю, что есть масса более взрослых людей, которая не ходит на концерты, но которая слушает кассеты. Масса взрослых людей, которые пришли бы, но не могут по тем же финансовым соображениям. Как-то на концерт пришла тетенька, уже в зрелом возрасте. Она, как я понял, туристка, или геолог и, говорит: "Вот мы ходим в экспедиции, берем с собой ваши кассеты. Я никогда не думала, что удастся попасть на концерт, а тут выиграла билет на ваш концерт на радиостанции". Когда такое происходит, понимаешь, что не только молодежь нас слушает. Хотелось бы, чтобы слушали все, кому это нужно. Чтобы это дошло до всех желающих кому этого не хватает. А возраст, собственно, не имеет значения.

М.Е.: Известно, что у людей творческих почти не остается свободного времени. Если такое время у тебя и как ты проводишь его?

К.А.: Я считаю, что отдыхать очень полезно и очень нужно. Больше всего я люблю общаться с друзьями. Они - это самое главное, что у меня есть. Если у меня например стоит выбор - сходить в театр или на концерт или просто посидеть с друзьями, то я посижу с друзьями. Это мой своеобразный внутренний склад. Может это даже ненормально. Планируя свои дела я всегда имею в виду какое-то время, в которое можно будет ничем не заниматься, а посидеть, попридумывать песни или поговорить с друзьями. Может быть поэтому мы и не стали группой шоу-бизнеса.

Встреча третья

М.Е.:Костя, у тебя недавно вышла книга. Что это за книга?

К.А.: Эта книга к музыке не имеет отношения. Называется она "Пушкин мой". Это такая поэма во фрагментах. Она писалась на протяжении нескольких лет по кусочкам. Не очень серьезная вещь, прямо скажем. Это просто такая шутка. Я думаю, что эта книжка будет многим интересна. Помимо моих стихов в ней еще есть иллюстрации моего друга - художника Игоря Голубенцева. Это будет первый литературный опыт. Если "Транзитная пуля" - это были тексты песен, то это будет полностью книжное произведение.

М.Е.:Кто оформляет обложки альбомов?

К.А.: Рисуют разные люди. В основном это все мои друзья. Специально обложки не рисовались. Просто брались готовые рисунки, которые подходили именно по настроению и по содержанию. На "Городах..." - картина художника Михаила Рубцова, Он же делал и декорации к "Свинопасу". На альбоме "Число Человека" - рисунки Игоря Голубенцева. Альбом "Плечи" - это мой старый знакомый, Петр К., первый слушатель моих песен. Его рисунок и на обложке "Оба неба". На "Свидетелях" макет делал Егор Мажуга. "Избранное" опять делал Егор, использован мой рисунок. Что касается дизайна, то большинство альбомов делал дизайнер Вадим Колесников.

М.Е.:Раньше, когда группа только появилась, ее редко можно было услышать на музыкальных радиостанциях. Сейчас вас можно услышать на очень многих станциях. Как ты сам на это реагируешь?

К.А.: Нормально. Когда у нас появились компакт-диски, мы их разнесли чуть ли не по всем станциям. Первая запись у нас была на "Радио-1 Петроград". Сам я радио не слушаю, Особенно с тех пор, как"Радио-1" не стало. Относительно других радиостанций. Мы были когда-то на "Радио-101", Была у нас там передача. Тогда там еще работал Сергей Наветный. Хорошая с ним была передача. Довольно интересный и интеллигентный оказался человек. Обычно все передачи происходят стихийно. С утра кто-нибудь звонит и говорит: "Не хотите ли приехать к нам?". И даже не успеваешь никого предупредить, что будет передача.

М.Е.:Что тебе нравится из музыки, из песен?

К.А.: Того по радио нет. Высоцкий мне нравится. Его по радио практически нет, а если есть, то стандартный набор песен, которые все время крутят, которые уже приелись, которые ничего не добавляют и не убавляют к заштампованному образу Высоцкого. Очень люблю покупать кассеты из серии "Весь Высоцкий", потому что на каждой находишь песню, которую еще не слышал. Это всегда в кайф и очень радует. Люблю слушать тех же "Ночных снайперов". Говорят, что сейчас их вроде стали крутить по каким-то радиостанциям. Ведь Летова или Янку Дягилеву не услышишь ни по одной из радиостанций. "Аквариум" тоже нечастый гость. Видимо, на радиостанциях принята система хитов, т.е. несколько песен выбираются и они крутятся в эфире. Наши радио не отражают того, что есть вообще в музыке. Вот по радио "Русский Шансом" можно только услышать некоторые эксклюзивные вещи, из той же бардовской песни, но на этой станции есть много такого, что я не могу слушать. Чтоб одну песню послушать, потом на три выключать. Тоже неудобно. Поэтому я перестал слушать радио и слушаю в основном кассеты. Еще я очень люблю слушать своих друзей и людей, которые никому не известны, на тех же кассетах или живьем на всяческих днях рождениях. Есть определенное количество музыки, которая не имеет выхода или имеет выход, но на очень маленькую аудиторию.

М.Е.:Что ты слушаешь последние два-три месяца?

К.А.: Высоцкого, "Ночных снайперов" и Евгения Пальцева. До этого был у меня период - слушал я "Аквариум", в основном старые вещи. Вспоминал с удовольствием. Зарубежную музыку я сейчас не слушаю. Видимо, у меня бывает разные периоды.

М.Е.:Как ты для себя выбираешь и оцениваешь музыку, которую ты слушаешь? Как это происходит внутри тебя или ты по каким-то конкретным параметрам оцениваешь для себя качество музыки?

К.А.: Я хочу оговориться. Я не очень слушаю музыку, а в основном песни. Музыку, которая музыка, я слушаю, наверное, очень редко. Тот же Высоцкий очень долгое время для меня был своеобразным классиком. А потом, лет восемь назад вдруг что-то меня так зацепило, какая-то одна песня. Я понял, что это же очень интересно и я начал все переслушивать. По сей день это для меня авторитет. Потом появился Башлачев. Тоже, чем-то зацепился. Когда я первый раз услышал "Гражданскую Оборону", я чуть не плевался, говорил: "Как это можно слушать?". А потом вдруг какая-то песня меня зацепила, и я понял, что есть очень много хорошего в этом. Скажем, на четыре песни одна действительно хорошая встречается. Бывает, что просто случайно людей каких-нибудь услышишь. Несколько лет назад я случайно побывал на одном фестивале авторской песни. Это было в театре "Эксперимент". Один мой друг Степан Ноздровский, участвовал в нем. Он просто пригласил меня на себя посмотреть. Там я увидел нескольких людей, которые мне очень понравились как исполнители. Я с ними познакомился, и с тех пор это мало того, что друзья, но еще это и те, за чьим творчеством я слежу. Это те же "Снайперы" и Пальцев. Недавно я познакомился с Кириллом Комаровым. Такой акустический рок. У меня есть моменты, когда я загораюсь чем-то. Я вдруг услышал то-то интересное и как можно больше стараюсь этого послушать, как-то в себя впитать. Это положительные эмоции и это очень редко происходит. Этих людей можно пересчитать по пальцам. Как правило, популярная музыка, она меня так не цепляет и не хватает в лучшем случае. В худшем - вызывает отвращение.

М.Е.:Известно, что у "Зимовья Зверей" есть видеозапись концерта. Были ли попытки снять хоть один видеоклип?

К.А.: У нас есть два клипа. Второй как раз недавно появился Мы его на последнем "Свинопасе" демонстрировали даже. Это клип на песню "Мелодия Непонимания".

М.Е.:А первый клип на какую вещь?

К.А.: Первый клип - на "Свидетелей". Он даже идет по каким-то каналам. Я считаю, что он очень неудачный. Я не хочу никого обвинять. Это я виноват. Я сказал режиссеру, что все на его усмотрение. В итоге получилось не то, что хотелось увидеть. Второй клип мне понравился и музыкантам понравился. Как зрители воспринимают - еще не знаю. Отзывы разные. Некоторые говорят, что понравился. Некоторые - что не понравился. Но уже можно вести речь о том, что это клип. Он очень длинный, песня идет минут пять. Непонятно, где его будут показывать и как сложится его дальнейшая судьба. У нас проблема с тем, что песни очень длинные всегда. А те песни, которые короткие, но которые можно снять клип, который будут крутить, они как бы не очень характерны для нас и не хочется на них клипы снимать. У меня нет очень сильного желания снимать клипы. Эти были сделаны, потому что принято и хочется, чтобы тоже был клип, а ощущения, что это нужно, что это добавит что-то к творчеству нет. Это может что-то добавить к имиджу группы, но для меня это - дело второе. Это более касается шоу-бизнеса, раскрутки, т.е. административных дел. Все мои песни пережиты. Все что, я хотел в них вложить, я вложил. Если я не сумел донести до людей то, что хотел сказать в песне, клип этому не уже не поможет. А если сумел, то клип ничего не добавит. Таково мое отношение к клипам.

М.Е.:Т.е. важным ты для себя считаешь все-таки выступления на концертах и творчество?

К.А.: Да, это важнее гораздо.

М.Е.:Что бы ты хотел пожелать тем, кто ходит на твои концерты и покупает кассеты?

К.А.: Не делить все, что происходит в жизни на "серьезно" и "несерьезно". Воспринимать все так как хочется. Если хочешь, чтобы что-то было серьезно - пусть это будет серьезно. Если хочешь, чтобы что-то было несерьезно - пусть это будет несерьезно. Хочу пожелать хороших друзей, любви, хороших групп и хороших книг. Чтобы этого было как можно больше и как можно больше всего того, что приносит положительные эмоции. А также искать и находить эти положительные эмоции в нашей довольно-таки невеселой жизни.

Встречался с Константином Арбениным Максим Елкин

Данный материал выложен с любезного разрешения APN: http://star.spb.ru/~felix/apn